В моем неоновом сне ты кожа на моей коже,
Лоснящаяся в луче сквозь жалюзи,
А черные, как сажа, ресницы – тени на облупившейся стене.
Твои без улыбки глаза – мои глаза – без улыбки, но нежные,
Жалеющие маленькую пациентку, не отошедшую от тумана наркоза;
Нежные, с утешением баюкающие сиротливый легонький трафарет
На мраморной твоей груди.

На мраморной твоей груди я, урча, зарываю кудри; ты поглаживаешь их наугад
И, вдруг, плачущий Лир… вдруг, осознавший свою трагедию…
Вдруг, обесценивший королевство, шутом прошел в радужке твоего взгляда,
И какой-то очень сильно бьющий лазоревый луч оборвал с шумом ночь,
Оставив лопнувший в воздухе вздох на соседней подушке,
Где ты только-что был моим сновидением.

Advertisements